нии.] Последние, таким образом,
  вынуждены нести на себе часть бремени сверхэмиссии, и, пожелай они удержать
  свои резервы на прежнем уровне, им бы пришлось сократить масштабы собственной
  эмиссии. Что же касается банка-экспансиониста, он сможет и дальше покушаться
  на чужие резервы. Маловероятно, что банки станут бесконечно мириться с потерей
  сферы своего влияния и растратой резервов, поскольку, доведенный до своего
  логического предела, этот процесс, в конце концов, закончится их истощением и
  фактической монополией банка-экспансиониста. Банки, таким образом, будут
  просто вынуждены последовать политике экспансии в целях самозащиты. Отсюда
  следует, что, если хотя бы один банк решится на проведение подобной политики,
  она станет всеобщей. Обнаружить утечку золота на ранних стадиях развития
  событий не удастся, а возникшие значительные масштабы сверхэмиссии, в конце
  концов, приведут к чрезвычайно тяжелому кризису.
  Смысл тезиса Мак-Куллоха заключается в том, что отнюдь не банк-экспансионист
  подчинен контролю со стороны консервативных банков; напротив, последние
  контролируются первым. Надо заметить, что Мак-Куллох при этом говорит
  исключительно о предъявлении населением банкнот к погашению, то есть о том
  механизме, который неизменно запаздывает. Ведь сверхэмиссия способна изменить
  валютные курсы лишь после того, как она повлияет на структуру цен и
  производства, посеяв при этом зерна кризиса. Мак-Куллох, таким образом,
  полностью игнорировал идею Парнелла о действии механизма клиринга.
  Мак-Куллох выдвинул еще один аргумент против свободы занятия