ялся во Франции Конди Pare.
  Переводчик его книги [книга была переведена на французский Л. Леметром (L.
  Lemaitre) в 1840 г. под названием "Traite des banques et de la circulation"]
  привлек ее как свидетельство горьких плодов конкуренции в банковском деле и
  превосходства ограничительных систем наподобие французской.
  Все попытки дать объяснение целесообразности монополии на банковскую эмиссию
  так или иначе сводились к указанию на исключительное право государства
  печатать деньги. Такой подход был, в частности, продемонстрирован Цешковским
  (Cieszkowski) в его книге ["Du Credit et de la Circulation", 1839], вроде бы
  посвященной теории денег и кредита, а на деле содержащей очень мало
  материалов, представляющих теоретическую ценность. По его мнению,
  неэмиссионные банки могли быть вытеснены из сферы законодательного
  вмешательства; но право выпуска банкнот, по сути равнозначное праву на чеканку
  монет, должно либо напрямую осуществляться государством, либо находиться под
  его контролем. Приведенные Цешковским доводы были почти исключительно
  юридического порядка [там же, Гл. III]. Указание на исключительные права
  королевской власти еще в течение многих лет оставались основой аргументации
  французских сторонников ограничений.
  Движение за большую свободу в банковском деле началось с памфлета
  Курсель-Сенея (Courcelle-Seneui) [Le Credit et La Banque"], написанного в 1840
  г. Дискуссия приобрела новый размах в связи с презентацией доклада и
  сенатскими дебатами по поводу проекта продления привилегий Банка Франции.
  Выступивший с докладом Росси (Rossi) в