достаточными возможностями, чтобы привлечь внимание общественности к своим
  воззрениям. Его позиция состояла в следующем [письмо в Le Journal des Debats,
  4 февраля 1864 г.]: поскольку свободная торговля и принципы laisser-faire
  стали общепринятой политикой, поскольку эра монополий казалась безвозвратно
  ушедшей, а конкуренция -- полезной для общества, бремя доказательства тезиса о
  том, что аналогичные принципы не применимы к банковскому делу, должно лежать
  на тех, кто этот тезис поддерживает, а не на тех, кто его отрицает. Ведь, на
  первый взгляд, создавалось впечатление, что отвергавшие свободу в банковском
  бизнесе отвергали также и свободу строительства железных дорог, и свободу
  обмена вообще.
  Шевалье знал, что это было не так, и указывал на то, что сторонники банковской
  монополии еще не сумели достаточно внятно объяснить причину своего особого
  отношения к банкам. Воловски обосновал противоположную позицию в книге
  внушительных размеров [La Question des Banques", 1864], которая, впрочем, не
  внесла ничего нового в то, что уже было сказано о предмете ранее. Книга почти
  целиком состояла из переложения взглядов других авторов и комментариев
  относительно политических тенденций в банковской сфере. Однако вклад
  Воловского в развитие теории во Франции не следует недооценивать, поскольку
  среди всех французских экономистов он был наиболее яростным защитником
  использования учетной ставки для контроля за денежными потоками.
  Теперь мы вплотную подошли ко времени проведения во Франции Банковского Опроса
  (Banque Enquete) ["Enquete sur les principles