между свободным банковским бизнесом в чистом виде и системой с
  единственной привилегированной монополией, бывшей в моде во Франции того
  времени.
  Какова же связь между школой сторонников свободного банковского бизнеса и
  банковской школой с одной стороны, а также между приверженцами
  централизованной банковской системы и денежной школой с другой? Естественно
  предположить, что в обоих случаях эта связь является весьма тесной. То, что
  большинство сторонников свободы одновременно являлись и приверженцами
  банковской школы, отрицавшей возможность сверхэмиссии банкнот до тех пор, пока
  поддерживалась их конвертируемость в золото, было особенно заметно во Франции.
  Брассер, Хорн, Курсель-Сеней, Кок и Маннекен были среди наиболее убежденных
  теоретиков банковской школы. Цернуччи же составлял исключение. Он был
  представителем наиболее консервативного крыла денежной школы, не просто
  считавшего, что объем фидуциарной эмиссии должен быть ограничен и эмиссия,
  выходящая за установленные пределы, должна полностью обеспечиваться золотом, а
  выступавшего за полное запрещение фидуциарной эмиссии вообще. Однако Цернуччи
  поддерживал свободу банковского бизнеса лишь в силу довольно странного довода,
  приводившегося нами ранее и гласившего, что такая система сама по себе
  разрушила бы банковскую эмиссию.
  Соответственно, вера в постулаты школы централизованной банковской системы
  обычно сопровождалась и поддержкой принципов денежной школы. Исключение здесь
  составлял Купле, который не принимал установление каких бы то ни было пределов
  на размеры фидуциарной эмиссии