тируемыми в наличность. Банки вполне могли
  считать, что проведение подобной политики способствовало возврату ранее
  выданных кредитов в гораздо большей степени, нежели требования к клиентам
  немедленно возвратить долги, которые могли прямо привести к ликвидации.
  Похоже, что, приближаясь к минимальной границе резервов, а значит, все еще
  обладая весьма значительными резервами, банки всегда спешили приостановить
  выплаты. Те данные об уровне резервов, которые приведены в годовых докладах
  Контроллера Денег (Annual Report of the Comptroller of the Currency),
  представляют собой средние по всем банкам для каждого из штатов и резервных
  городов, а потому скрывают индивидуальные тенденции банков. Тем не менее,
  кажется вполне очевидным, что банки не позволяли своим резервам падать
  значительно ниже разрешенной отметки. С технической точки зрения приостановка
  выплат представляла собой, разумеется, объявление неплатежеспособности. Однако
  такие действия были во многих отношениях разрешены, а многолетняя традиция
  массовых приостановок как до, так и после создания национальной Банковской
  Системы, приучила публику к их полной законности. Контроллер давал банкам
  разрешение на ограничение выплат в течение нескольких месяцев подряд, а затем
  позволял им приступать к нормальным операциям, если только банковские активы
  признавались Контроллером "здоровыми". Иногда это происходило уже после того,
  как банк попадал в руки преемника, получившего его в результате процедуры
  банкротства [см., например, "Report of the Comptroller of the Currency",
  1891--1892, p. 36].