за Банком Бреслау (Bank of Breslau) и Хемницер Штадтбанк (Chemnitzer
  Stadtbank) право на эмиссионную деятельность; кроме того, оно само учредило
  связанные с Прусским Банком государственные кредитные банки; и наконец,
  правительство решилось на гораздо более радикальный шаг -- выдавать концессии
  на образование частных эмиссионных банков. Однако все это было лишь небольшой
  уступкой сторонникам свободы в банковском бизнесе; концессии выдавались сроком
  всего лишь на десять лет, а масштабы регулирования банков превосходили всякие
  пределы. Пресловутый Норматив-Бедингунген (Normativ-Bedingungen), в
  соответствии с которым эти банки были учреждены, свел масштабы их деятельности
  к минимуму.
  Наряду с требованием хранить обязательные резервы, равные одной трети от суммы
  эмиссии, максимальный размер их фондов был сведен к минимуму, необходимому для
  ведения бизнеса, а список разрешенных видов бизнеса был весьма короток.
  Оплаченный акционерный капитал каждого из банков не мог превосходить
  определенного минимального уровня. Максимальный объем эмиссии всех вместе
  взятых провинций был установлен на уровне всего лишь одной трети от лимита
  Прусского Банка, и эта сумма была поделена на равные части между всеми без
  исключения провинциями, независимо от относительных потребностей каждой из
  них.
  Банкам не разрешалось иметь представителей в городах своих визави; им также не
  было позволено проводить сделки по ценным бумагам, выпущенным правительствами
  других государств. Банки не имели права учитывать векселя, по которым должны
  были платить лица, проживающие