ления
  потерпевшей не будет. Значит, начинать ее раскручивать не о чего. Не
  преступать же закон...
  
  
   Хозяйка подпольной фабрики
  
   В пик расцвета воровской деятельности, который пришелся на закат жизни,
  Калина Михайловна в свои сорок с небольшим лет не брезговала ничем. Но ее
  квартира не ломилась от дорогих гарнитуров и вещей. Все шло в дело: на
  покупку воровского титула сыну, на подкуп чиновников, на расширение
  подпольного производства обуви.
   Была ли эта женщина богата? Безусловно.
   Только это никогда не афишировалось. А уж если и выставлялось напоказ, то
  при этом обязательно преследовалась определенная цель. Вспомним уже
  упоминавшуюся скромную частную коллекцию редких икон и картин. Ее
  предназначение как раз и сводилось к тому, чтобы заманивать в сети будущие
  жертвы. Еще в жилище Кали бросался в глаза одинокий стол из слоновой кости с
  богатыми инкрустациями - историческая ценность прошлого века, - привезенный
  - из СанктПетербурга. По самым скромным подсчетам, очевидцами он оценивался
  в 15-20 тысяч долларов. Тоже деталь, которая будет оценена лишь
  специалистами.
   В остальном все у этой женщины было, как у самых обычных работяг. А иначе
  ее и не назовешь. Она постоянно что-то делала, осуществляла свои новые
  прожекты. Их цель - деньги и еще раз деньги. Но все это вертелось,
  закручивалось, разгонялось не ради накопительства. Под этой крышей велось
  чисто капиталистическое