ть, что такое
  истинное милосердие. Но до сих пор не могу забыть фотографии жертв
  маньяка из коллекции Гусакова. На снимках сидят, стоят, лежат в различ-
  ных позах девочки и мальчики, совсем еще дети. С одной школьницы даже не
  до конца снята форма, рядом лежит портфель. Глаза полны ужаса и слез.
  Это заметно, хотя дети пытаются отворачиваться, прикрываются руками...
   О каком сострадании вы говорите?
  
  
   УМЕРЕТЬ ДО РАССВЕТА
  
   Имя этого преступника не войдет в историю криминалистики. В галерее
  монстров и монстриков встречаются и более выдающиеся персонажи. Опера-
  тивники, занимавшиеся розыском убийцы, вряд ли вспомнят сегодня фамилию
  насильника, или хотя бы обстоятельства его задержания. Человек без име-
  ни, не оставивший после себя на земле ничего, кроме чувства омерзения и
  горя. Его фамилию я с трудом отыскал в своем блокноте, она вполне подхо-
  дит для ублюдка - Грязнов...
   Ему не было места в нормальной жизни. Отторгнул преступника и другой,
  находящийся за чертой закона уголовный мир. Даже приговор ему вынесли
  сокамерники, не дожидаясь следствия и суда.
   Тем не менее рассказать о трагедии нужно. Хотя бы потому, что она
  могла бы стать первым эпизодом долгой и кровавой серии. Во всяком слу-
  чае, начал Грязнов так же, как и Чикатило, с убийства маленькой девочки.
  Как и его ростовский предшественник, имел явное тяготение к "общению" с
  детьми, был дерзок и хитер. Достаточно упомянуть о бутылке с чужими от-
  печатками пальцев, которую Грязнов специально