нут, он выбирал строе-
  ние, где допоздна в окнах горел свет. Затем врывался в дом, если дверь
  была не заперта, стрелял в двух ближних хозяев (Онуприенко ездил на
  убийства с украденным обрезом ружья T03-34 с двумя вертикальными ствола-
  ми) и выбегал на улицу. Члены семьи бросались за ним в погоню. А он
  хладнокровно перезаряжал оружие и расстреливал остальных. Потом убивал
  детей и добивал раненых первыми попавшимися под руку предметами - ножом,
  топором, молотком, лопатой. Иную тактику он применял, если дом был за-
  перт. Тогда Онуприенко кидал в окно камень. Возмущенный хозяин выскаки-
  вал на крыльцо, чтобы выяснить: какой хулиган разбил стекло? И получал
  выстрел в упор. Отключив хозяина, убийца обретал свободу действий и до-
  бивал всех живых, кто находился в доме. Большая часть жертв, вероятно,
  даже не успевала понять, что происходит. Вот типичный эпизод этого
  страшного дела. В середине 1996 года Онуприенко отправился в село Брат-
  ковичи. Приехал в Городок на электричке уже в сумерки, а оттуда пешком
  дошел до Братковичей. Заметил дом недалеко от церкви, стамеской отжал
  входную дверь и вошел. Пожилого мужчину, выглянувшего в сени на шум,
  застрелил сразу, Двинувшись дальше - смертельно ранил мужчину и женщину,
  прострелил грудь их малышу, лежавшему рядом в колыбельке. Начал рыскать
  по комнатам и обнаружил спрятавшуюся под кроватью пожилую жену хозяина.
  Ее постигла та же участь. Убедившись, что живых в доме больше не оста-
  лось, Онуприенко собрал найденные