момент у меня было такое сос-
  тояние, словно вокруг все в тумане... Главное, было задушить женщину, а
  не совершить с ней половой акт. В момент удушения я испытывал самое
  большое удовлетворение. Оно проходило, когда женщина была мертва".
   Еще красноречивее другое признание маньяка:
   "Когда душил, то через свои руки от женщин силу почерпывал. Был сам
  себе врач. После убийства становилось легче. Особое удовольствие полу-
  чал, когда жертва трепещется. Оно усеивалось, если женщина сопротивля-
  лась, царапалась, боролась".
   Что это за сила, которую Михасевич впитывал, аккумулировал в себе в
  момент агонии жертвы? Мог ли он просто придумать такое объяснение своих
  поступков? Криминалисты, изучавшие документы витебского дела, убеждены в
  том, что Михасевич был энергетическим вампиром. Время от времени он ока-
  зывался в состоянии, схожим с депрессией. Снять неприятные ощущения он
  мог единственным способом: забрав энергию, выбрасываемую женским телом в
  момент гибели, когда происходит деструкция живой материи.
   Конечно, механизмы, настраивавшие маньяка на режим охоты и последую-
  щее убийство, выглядят не так примитивно. Невозможно по расплывчатым и
  фрагментарным объяснениям Михасевича полностью воссоздать психико-энер-
  гетическую мотивацию его поступков. Здесь мы только пытаемся переступить
  черту, отделяющую привычное от загадочного.
   Первое убийство прошло безнаказанно. За ним последовали еще тридцать
  пять.
   С каждым годом Михасевич убивал все больше. Способ совершения