о невменяемым (в отличие от здоровяка Суклетина, расстрелянного по
  приговору суда) и отправили на принудительное лечение. Крепкий организм
  казаха помог ему сохраниться в специфических условиях стационара для ду-
  шевнобольных, он дожил до периода перестройки и гласности, и был атако-
  ван целым полком снимающей и пишущей братии, поспешившей рассказать на-
  роду о настоящем советском людоеде.
   Интерес к личности Джумагалиева подогревался необычными обстоя-
  тельствами, при которых он выплыл из небытия. Еще в 1989 году при пере-
  возке из спецлечебницы Ташкента в психбольницу общего типа Джумагалиев
  усыпил бдительность сопровождающих его врачей и бежал из аэропорта "Ма-
  нас" в Бишкеке.
   На поиски людоеда, обвиненного в убийстве семи молодых женщин, броси-
  ли все имевшиеся силы: солдаты воинских частей и милиции прочесывали
  местность, устраивали засады на горных перевалах, посылали самолеты и
  вертолеты, даже приглашали из Москвы отряд дельтапланеристов, которые
  барражировали над горами, пытаясь отыскать следы беглеца. Никакого ре-
  зультата достичь не удалось.
   Позже Джумагалиев признается, что вполне комфортно чувствовал себя в
  полной изоляции от цивилизованного мира. Жил в шалаше или пещере, обхо-
  дился подножным кормом, ловил рыбу, мелкого зверя. "Мне коробок спичек -
  больше ничего не надо, - уверял он журналистов. - Я здоровье поправил на
  природе: там боярышник, шиповник, яблоки, травы разные. Звери меня не
  трогали, а птицы даже об опасности предупреждали.