зарубцевавшийся, белый, в виде буквы. Кто-то вырезал букву "Н" на
  животе этого человека, может быть, задолго до того, как он стал мужчиной.
   - Это сделал Генри Бауэре. Около тысячи лет назад...
   - Мистер Хэнском...
   Хэнском взял еще две Дольки лимона, по одной в каждую руку, запрокинул
  голову, как бы намереваясь закапать в нос. Но его передернуло, он отложил
  ломтики в сторону и сделал два больших глотка из кружки. Вздрогнул, сделал
  еще один большой глоток и с закрытыми глазами провел рукой по краю стойки. В
  какой-то момент он походил на человека, находящегося на паруснике и во время
  сильной качки державшегося за борт, чтобы сохранить равновесие. Потом он
  открыл глаза и улыбнулся Рикки Ли.
   - Я бы всю ночь мог ездить на этом быке, - сказал он.
   - Мистер Хэнском, я бы хотел, чтобы вы этого больше не делали, - сказал
  нервозно Рикки Ли.
   Анни подошла к официантской стойке с подносом и потребовала пару
  "Миллеров". Рикки Ли дал их ей. Ноги у него были как ватные.
   - С мистером Хэнскомом все в порядке, Рикки Ли? - спросила Анни. Она
  смотрела на Рикки Ли сзади, и он обернулся на ее взгляд.
   Мистер Хэнском склонился над баром, осторожно выковыривая ломтики из
  банки, в которой Рикки Ли хранил заправку к напиткам.
   - Не знаю, - сказал он. - По-моему, нет.
   - Тогда перестань катать шарики из говна и сделай что-нибудь. - Анни, как
  и большинство других женщин, была неравнодушна к Бену Хэнскому.
   - Ладно. Папа всегда говорил,