чемпионат по метанию дротиков, в
  котором все участники были похожи на борцов "сумо", страдающих повышенным
  давлением) до просто скучных (английский футбол был ужасен; крокет еще
  хуже).
   - Последнее время я много думаю о доме, - сказал Билл и сделал глоток.
   - О доме? - сказала она и выглядела такой искренне-удивленной, что он
  засмеялся.
   - Бедная Одра! Замужем за мужиком почти одиннадцать лет - и ничего о нем
  не знаешь. Что ты в самом деле знаешь? - он опять засмеялся и выпил до дна.
  Было столь же удивительно слышать этот смех, сколь видеть его со стаканом
  шотландского виски в руке в столь ранний час. Смех был похож на вопль боли.
  - Интересно, другие мужья и жены тоже обнаруживают, как мало знают они друг
  друга? Должно быть, да.
   - Билли, я знаю, что люблю тебя, - сказала она. - Одиннадцати лет
  достаточно.
   - Я знаю. - Он улыбнулся ей - улыбка была нежная, усталая и испуганная.
   - Пожалуйста, расскажи мне, что все это значит.
   Она посмотрела на него прекрасными серыми глазами, сидя в уютном кресле
  снятого в аренду дома, с ногами, упрятанными под ночную рубашку, женщина,
  которую он любил, на которой женился и все еще любил. Он попытался по глазам
  ее прочесть, что она знает. Но понимал, что это ничего не даст.
   Вот бедный парень из штата Мэн, который учится в университете и получает
  стипендию. Всю свою жизнь он хотел быть писателем, но когда его зачисляют на
  писательские курсы, он ощущает себя заблудшим, без компаса в