ла головой,
  немного подумала. - Насколько этот звонок связан с твоим братом?
   - Дай я сам к этому подойду. Не гони волну, иначе я не смогу. Это так
  огромно и так.., так чудовищно ужасно.;, что я содрогаюсь. Видишь ли.., мне
  никогда не приходило в голову рассказывать тебе о Джорджи.
   Она посмотрела на него, нахмурилась, слабо покачала головой. - Я не
  понимаю.
   - Я пытаюсь сказать тебе, Одра, что даже не ДУМАЛ о Джорджи в течение
  двадцати лет или более.
   - Но ведь ты говорил мне, что у тебя был брат по имени...
   - Я назвал ФАКТ, - сказал он. - И все. Его имя было словом. Оно не
  бросало никакой тени на мой разум.
   - Но мне кажется, оно бросало тень на твои сны, - сказала Одра.
   Ее голос был очень спокойным.
   - Стенания? Плач?
   Она кивнула.
   - Думаю, ты права, - сказал он. - На самом деле, ты почти полностью
  права. Но ведь сны, которые ты не помнишь, не считаются, правда?
   - Ты в самом деле вовсе никогда не думал о нем?
   - Да.
   Она с сомнением покачала головой. - Даже о том, как ужасно он умер?
   - До сегодняшнего дня. Одра.
   Она посмотрела на него и снова покачала головой.
   - Ты спросила меня, перед тем как мы поженились, есть ли у меня братья и
  сестры, и я сказал, что у меня был брат, который умер, когда я был ребенком.
  Ты знала, что родителей у меня нет, а поскольку у тебя большая родня, это и
  заняло все наше внимание. Но сегодня - новое.
   - Что ты имеешь в виду?
   - Не только Джордж был в этой черной