ые баллоны, проверял
  уровень масел и вытирал ветровые щиты.
   - Они заговорили, когда жена наклонилась над водоотводом, и она закричала
  в него: "Кто вы такие, черт вас побери? Как вас зовут?" А в ответ хрюканье,
  невнятный шум, завывание, визг, крики, смех, знаете ли. По ее словам они
  сказали то, что одержимый говорил Иисусу: "Имя нам - легион". Она не
  подходила к этой раковине два года. Все два года я после двенадцати часов
  проводимых здесь, внизу, должен был идти домой и мыть всю чертову посуду.
   Он пил Пепси из автомата за дверью конторки,
  семидесятидвух-семидесятитрехлетний старик в выцветшем рабочем комбинезоне,
  с ручейками морщинок, бегущих из уголков глаз и рта.
   - Вы, наверное, подумаете, что я сумасшедший, - сказал он, - но я
  расскажу вам кое-что еще, если вы выключите свою вертелку.
   Я выключил магнитофон и улыбнулся ему.
   - Принимая во внимание то, что я услышал за последние пару лет, нужно
  очень постараться, чтобы убедить меня, что вы сумасшедший, - сказал я.
   Он улыбнулся в ответ, но юмора в этом не было.
   - Однажды ночью я мыл посуду, как обычно - это было осенью 1958 года,
  после того как все вроде бы улеглось. Моя жена спала наверху. Бетти была
  единственным ребенком, которого нам дал Господь, и после ее убийства моя
  жена много спала. Ну, вынул я пробку из раковины, и вода потекла вниз. Вы
  знаете звук, с которым мыльная вода проходит в фановую трубу? Сосущий такой
  звук.