. "Мама, это Бог фотографирует ангелов?" - спрашивает
  маленький мальчик, и его зеленая от страха мама невольно смеется. Первый
  десерт оказывается единственным той ночью для 41-го. Стюардессы все время
  стоят в проходах, отвечая на вызовы.
   Сигнал пристегнуть ремни появляется через двадцать минут и остается.
  "Ральф сегодня очень занят", - говорит ей старшая стюардесса, когда они
  встречаются в проходе, - старшая стюардесса идет назад с лекарствами против
  воздушной болезни. Это полушутка. Ральф всегда занят на полетах, связанных с
  тряской. Самолет трясет, у кого-то вырывается крик, стюардесса слегка
  наклоняется, вытягивает руки, чтобы удержать равновесие, и внимательно
  смотрит в немигающие, невидящие глаза пассажира в кресле 1-А.
   Боже мой, он мертв, - думает, она. - Виски.., затем воздушные ямы.., его
  сердце.., напуган до смерти.
   Глаза долговязого мужчины смотрят на нее, но не видят ее! Они не моргают.
   Они совершенно неподвижны и пусты. Вне всякого сомнения это глаза
  мертвого человека.
   Стюардесса отводит глаза от этого леденящего душу взгляда, ее собственное
  сердце рвется из груди, она не знает, что делать, как поступить, и
  благодарит Бога, что у него хотя бы нет попутчика не будет крика и паники.
  Она решает сначала предупредить старшую стюардессу, а потом мужчин из
  экипажа. Может быть, они смогут накрыть его одеялом и закрыть ему глаза.
  Пилот не выключит свет ни в коем случае, даже если