сник по имени Питер Гордон
  увидел его и закричал: "Эй, Сиськи! Хочешь поиграть? Нам нужен кто-нибудь на
  правый фланг". Послышался взрыв смеха. Как можно быстрее он вышел из парка,
  втянув шею в воротник, как черепаха в панцирь.
   "Пока еще не так плохо", - с некоторым облегчением подумал он. Уже завтра
  они, возможно, станут преследовать его, захотят поиздеваться, а может,
  изваляют его в грязи, чтобы посмотреть, заплачет ли он. Сейчас же они были
  очень заняты приготовлениями к игре - очерчивали границы поля, очищали его
  от мусора. Бен с удовольствием оставил их готовиться к первой летней игре и
  пошел своей дорогой.
   Через три квартала по Костелло он высмотрел нечто интересное, а возможно,
  и прибыльное, под чьей-то живой изгородью. В порванной бумажной сумке
  блестело стекло. Бен ногой подцепил сумку и выволок ее на тротуар. В самом
  деле - удача. В сумке оказались четыре бутылки из-под пива и четыре больших
  содовых бутылки. Большие стоили по пять центов каждая, "Рейнгольды" - два
  пенни. Двадцать восемь центов под чьей-то живой изгородью, ждущих
  проходящего мимо ребенка, который поднимет их. Какого-нибудь удачливого
  ребенка.
   "Это я", - счастливо подумал Бен, не ведая, каким будет продолжение этого
  дня. Он пошел дальше, придерживая сумку за дно, чтобы она окончательно не
  разорвалась. Магазин на Костелло-авеню был через квартал, и Бен свернул
  туда. Он обменял бутылки на деньги и большую их часть истратил на конфеты.