ю. Ты...
   - Мама...
   - Молчи, когда я говорю с тобой, - сказала она, и Бен замолк. - Ты должен
  быть осторожен, Бенни. Подходит лето, и я не хочу портить тебе каникулы, но
  ты должен быть осторожен. Я хочу, чтобы к ужину ты каждый день был дома. В
  котором часу мы ужинаем?
   - В шесть часов.
   - Точно в шесть! Поэтому послушай, что я скажу: если я накрываю на стол,
  наливаю тебе молоко и вижу, что Бен не моет руки в раковине, я иду прямо к
  телефону и звоню в полицию, и заявляю о твоем исчезновении. Ты это
  понимаешь?!
   - Да, мама.
   - Ты веришь, что я сделаю, что говорю?
   - Да.
   - Может, окажется, что я сделала это напрасно, если вообще сделаю это. Я
  не игнорирую мальчишеские интересы. Я знаю, что они заняты своими
  собственными играми и проектами во время каникул - возвращать пчел в ульи,
  играть в мяч, сшибать банки, да мало ли что. Я хорошо понимаю, как ты и твои
  друзья выросли.
   Бен благоразумно кивнул, подумав про себя, что она ровно ничего не знает
  о его детстве, если не знает, что у него нет друзей. Но ему и не снилось
  сказать ей такое, никогда, ни в одном из десяти тысяч снов.
   Она что-то вынула из кармана своего домашнего платья и вручила ему. Это
  была маленькая пластмассовая коробочка. Бен открыл ее и, увидев, что там
  внутри, широко раскрыл рот.
   - О! - сказал он с искренним восторгом. - Спасибо!
   Это были ручные часы "Таймекс" с маленькими серебряными цифрами и
  ремешком из кожзаменителя. Мама