дражали его.
   - Мы говорим с тобой сейчас о беспристрастных свидетелях, - сказал он. -
  Не засирай мне мозги.
   - О, ты хочешь говорить об этой чепухе? Выходит, ты веришь, что под
  мостом был клоун-вампир? Все это бред собачий.
   - Нет, не так, но...
   - Или о том, что Хагарти увидел там биллионы баллонов и на каждом было
  написано в точности то же самое, что на шляпе его любовника? Это тоже бред
  собачий.
   - Нет, но...
   - Тогда зачем ты меня этим беспокоишь?
   - Прекрати подвергать меня перекрестному допросу! - взревел Гарднер.
   Оба они говорили одно и то же, хотя ни один из них не знал, что говорил
  другой.
   Бутильер сидел за столом, играя карандашом. Теперь он положил карандаш,
  встал и подошел к Гарольду Гарднеру. Бутильер был на пять дюймов ниже, но
  Гарднер попятился, видя гнев полицейского.
   - Ты хочешь, чтобы мы проиграли это дело? А, Гарольд?
   - Нет. Конечно...
   - Ты хочешь, чтобы эти праздношатающиеся хлюсты ходили на свободе?
   - Нет!
   - О'кей. Хорошо. Так как тут у нас полное согласие, я расскажу тебе без
  утайки, что думаю по этому поводу. Да, возможно под мостом в ту ночь был
  человек. Не исключено даже, что на нем был клоунский костюм, хотя я имея
  дело с достаточным количеством свидетелей и думаю, что это просто какой-то
  случайный бездельник в чужих обносках. Там он, возможно, торчал в поисках
  оброненной мелочи или мясных отбросов. Все остальное сделали его ГЛАЗА,
  Гарольд. Ну, что такое возможно?