Только там, внизу, не записи, ведь так? Там не записи Ричи Тозиера,
  человека состоящего из тысячи голосов, ведь так? И то, что открывается...
  Ведь это не двери, а?
   Он попытался отбросить эти мысли.
   Нужно помнить, что все в порядке. Все о'кей; у меня о'кей, у тебя о'кей,
  у Ричи Тозиера о'кей. Можно покурить, это все.
   Он бросил курить четыре года назад, но сейчас-то одну сигарету можно
  выкурить.
   Это не записи, а мертвые тела. Ты глубоко захоронил их, но сейчас
  происходит какое-то сумасшедшее землетрясение, и земля выплевывает их на
  поверхность. Там ты не Ричи Тозиер "Записи" - там, внизу, ты просто Ричи
  Тозиер - Четырехглазый, и ты со своими дружками, и ты так перепуган, что,
  кажется, шарики твои превращаются в виноградное желе. То не двери, и не они
  открываются. То склепы, Ричи. Это они отворяются со скрипом, и те, кого ты
  считаешь мертвыми, снова вылетают на поверхность.
   Сигарету, только одну сигарету. Даже Карлтон бы закурил, ради всего
  святого.
   "Поймаем, четырехглазый! Заставим тебя СЪЕСТЬ этот дерьмовый портфель!"
   - Гостиница, - сказал мужской голос с интонациями янки; ему понадобилось
  проникнуть через всю Новую Англию, Средний Запад, пройти под казино Лас
  Вегаса, чтобы достичь его уха.
   Ричи спросил этот голос, можно ли ему забронировать комнаты начиная с
  завтрашнего дня. Голос ответил, что можно, и даже спросил, на какой срок.
   - Не могу сказать. У меня... - Он внезапно сделал паузу,