и он вошел легкой походкой, в джинсах,
  рубашке и старых саперных ботинках - как будто бы приехал из соседнего
  городка. И когда Рикки Ли крикнул почти радостно: "Хей, мистер Хэнском! Бог
  ты мой! Что вы здесь делаете?", м-р Хэнском посмотрел на него слегка
  удивленно, как будто в его появлении здесь не было ничего необычного. И это
  был не эпизод; он показывался в "Красном колесе" каждую субботу в течение
  двух лет его работы с Би-би-си. Он улетал из Лондона каждую субботу на
  Конкорде, в 11.00 утра - как говорил зачарованному Рикки Ли - и прибывал в
  аэропорт Кеннеди в Нью-Йорке в 10.15 - за сорок пять минут до того, как
  вылетал из Лондона, по крайней мере по часам ("Боже, это как путешествие во
  времени, а?" - говаривал впечатленный Рикки Ли). Невдалеке останавливался
  лимузин, чтобы довезти его в аэропорт Тетерборо в Нью-Джерси - поездка,
  которая в субботу утром занимает обычно не более часа. Он мог сидеть в
  кабине пилота в своем Лире без проблем до 12.00 и коснуться земли в
  Джункинсе к двум-тридцати. Если движешься на запад достаточно быстро, сказал
  он Рикки, день кажется бесконечным. Затем у него был двухчасовой сон, час он
  проводил с прорабом и полчаса с секретаршей. Затем ужинал и приезжал в
  "Красное колесо" часика на полтора. Он всегда приходил один, сидел в баре и
  уходил тоже один, хотя известно, что в этой части Небраски полно женщин,
  которые были бы счастливы снимать ему носки. Потом он обычно спал