ую арену дал внелегальным жителям Лимы возможность вести
  переговоры с властями не только о прекращении полицейских преследований, но и
  о предоставлении им городских услуг, о поддержке и даже признании их прав на
  землю.
  
  Условия обмена были в пользу внелегальных поселенцев, поскольку они никогда не
  чувствовали себя в долгу перед политиками, которые им покровительствовали,
  тогда как последним приходилось предоставлять услуги авансом, чтобы получить
  хоть какую-то поддержку. Вообще говоря, мигранты всегда рассматривали
  политические союзы как своего рода инструмент. В итоге хотя временами и могло
  показаться, что некие политики пользуются симпатиями новых горожан, но только
  на первый взгляд. Политикам не удавалось надолго сохранять эту поддержку, она
  всегда была пропорциональна тому, что могли предложить им в любой данный
  момент сами политики.
  
  Такое отношение влияло и на избрание лидеров внелегальных поселений, и на срок
  пребывания их у власти. Как правило, поддерживали тех, кто имели или мог
  быстро получить какой-то доступ к правительственным органам. Когда выяснялось,
  что вожак потерял или не наладил связи, его немедленно отстраняли от дел.
  Первая значительная волна политически организованных захватов земли совпала с
  избранием в 1945 г. президентом республики Хосе Луиса Бустаманте-и-Риверо.
  Может быть она началась за год до его официального вступления в должность. К
  тому времени из каждых 100 домов в Лиме, 15 строились внелегально, 85 --
  легально.