е вопросов. Пустых и никчемных. Ведь сколько он не говорит
  им о самом главном - о ПОПУТЧИКЕ - ОНИ НЕ ВЕРЯТ ТЕБЕ его слушают, будто
  сумасшедшего. С огромным вежливым вниманием, чуть кивая головой, словно
  успокаивая. "Конечно, парень, конечно. Нет-нет, мы верим, верим. Ты
  только успокойся, не нервничай, а вот скажи лучше, какое сегодня число?"
  Утешало одно - он в БЕЗОПАСНОСТИ.
   Ему ничего не грозит. ДЖОН РАЙДЕР остался там - снаружи, за дверью.
  Он ничего не сможет сделать с ним. По крайней мере до тех пор, пока он
  здесь. В этом полицейском участке. Холзи повернулся к высокому,
  сидевшему на столе, и спокойно ответил:
   - Человек, о котором я говорил, - ПОПУТЧИК - забрал мой бумажник и
  подсунул мне нож. Я не знаю, как ему это удалось, но он это сделал. А
  кредитных карточек у меня нет вообще.
   - Наверное, и документы на машину тоже забрал он? - Холзи только
  вздохнул. - Как так получилось, что ты - мальчишка, а ведешь такую
  дорогую машину? Ты что, украл ее?
   КАК ТЕБЕ НРАВЯТСЯ ЭТИ КРЕТИНЫ.
   ХОЛЗИ? ХОРОШИ.
   ВЕРНО?
   ПОХОЖЕ, КОЕ У КОГО ИЗ НИХ СОВСЕМ НЕТ МОЗГОВ. НЕ ПЛОХО БЫЛО БЫ
  ОТРЕЗАТЬ ЭТОМУ КОПУ ГОЛОВУ.
   И НОГИ.
   И РУКИ. ЗДОРОВО БЫЛО БЫ, Л, ХОЛЗИ?
   - Машина не моя. - Раздельно, как дуракам, начал объяснять Холзи. - Я
  только перегоняю ее в Калифорнию. В Сан-Диего.
   Одному человеку.
   - Фамилия этого человека?