рчен! Постояв в недоумении, он
  сунул пиджак и брюки в бельевую корзину, злясь на себя за то, что погубил
  английскую твидовую пару.
   Надевая пижаму, он подумал, какая все-таки прелесть его Мэри. Ни слова по
  этому поводу не сказала, хотя он походил на настоящее чучело. Умываясь, он
  рассеянно размышлял о том, как же он умудрился угробить костюм. Он вытерся
  большим банным полотенцем и уже собирался натянуть пижамную куртку, как с
  ужасом заметил у самого плеча что-то вроде клейма.
   Оно было небольшим и не болело; обуреваемый любопытством, он поднес руки
  ближе к свету. Эта штука была ярко-красного цвета! Алое клеймо, напоминавшее
  татуировку. А какая, однако, странная у него форма, словно подушечки на лапе
  маленькой собачонки: раз, два, три, четыре - четыре крошечных подушечки, как
  будто маленький зверек наступил сюда лапкой. Но собачки такого размера -
  редкость. Скорее уж кролик...
   - Странно, - сказал он себе.
   Лоури вернулся в свою комнату и выключил свет. Странно. Он устроился под
  одеялом и взбил подушку. Клеймо, похожее на отпечаток кроличьей лапки. Как
  он мог изодрать костюм и заляпать его грязью? Откуда взялся этот отпечаток у
  него на руке? У него начался приступ озноба, лицо стало дергаться, и он
  ничего не мог с этим поделать.
   Холодная луна, время от времени заслоняемая бегущими облаками,
  отбрасывала тень от оконной рамы к изножию кровати. Он сбросил с себя одеяло
  и, досадуя, что забыл открыть