церкви. Начал звонить колокол - на колокольне
  раскачивалась черная тень, и плывущий в воздухе звук кольцами обвивал
  нарядную толпу на паперти, как бы мягко подталкивая ее внутрь. Джим Лоури
  оглядел старую, милую сердцу церковь: плющ еще не распустился, и длиннющие
  бурые петли тянулись вверх, приникая к серому камню; витражи поблескивали в
  солнечных лучах. Но почему-то он ощущал себя не в своей тарелке. Церковь
  всегда была для него святилищем, местом отдохновения, но сейчас...
  
  ***
  
   Какая-то женщина, задев локтем, вывела его из состояния задумчивости, и
  он увидел, что это жена декана Хокинса. Тут он вспомнил.
   - Ах, миссис Хокинс!
   - Здравствуйте, профессор Лоури. Ваша жена с вами сегодня?
   - Про это-то я и хотел сказать, миссис Хокинс. Ей нездоровится, а, если
  не ошибаюсь, она пригласила вас на чашку чая.
   - Да.
   - Она просила извиниться от ее имени и, если можно, отложить ваш визит,
  миссис Хокинс.
   - Может быть, мне стоило бы позвонить и справиться, не нужно ли ей
  чего-нибудь?
   - Нет. Все, что ей нужно, так это немного отдохнуть.
   - Пожалуйста, передайте ей мои пожелания скорейшего выздоровления.
   - Непременно передам, - откликнулся Лоури, и они разошлись каждый в свою
  сторону.
   Обычно Томми сидел рядом с Лоури и Мэри - их места на скамье никто не
  занимал. Лоури сел и огляделся вокруг, рассеянно отвечая на приветствия.
   - Отвратительная старая карга, - прошептал Томми.