проходить только
  половину стены, да еще из довольно мягкого бетона, и на это ушло всего
  лишь 27 лет и два истершихся молотка.
   Большую часть одного из этих лет пришлось потратить на Нормандена. К
  тому же Энди приходилось работать ночью, когда все, включая охранников
  ночной смены, спят. Но я подозреваю, что более всего работу замедляя
  необходимость куда-то девать вынутые из стены куски.
   Приглушить звук молотка можно было с помощью полировальных подушечек,
  но что делать с раскрошившимся бетоном и попадающемся гравием?
   Помню одно воскресенье вскоре после того, как я принес Энди молоток.
  Помню, как я смотрел на Энди, идущего по двору. Вот он останавливается,
  подбирает камушек... и тот исчезает в рукаве тюремной куртки. Такой
  карман в рукаве - старый тюремный трюк. В рукаве или в штанинах брюк.
  Помню и другое свое наблюдение. Энди Дюфресн прогуливался по двору в
  жаркий летний день, когда вокруг нег Энди легкий ветерок, казалось,
  поднимал и кружил песчинки и пыль.
   Стало быть, у него была пара потайных карманов. В них набивался
  раскрошенный цемент, и как только Энди оказывался в сравнительной
  безопасности, и никто не наблюдал за ним довольно пристально, он
  выпускал цементную пыль. Старый трюк, который применяли пленники времен
  второй мировой войны, устраивающие подкопы.
   Проходили годы, и Энди понемногу выносил свою разрушавшуюся стену на
  тюремный двор. Он участвовал в махинациях каждой новой администрации, и
  все думали, что он это делает