и его именем. Он
  открыл ее и произнес:
   - Смотри сюда, мальчик. Сейчас я тебе дам кое-что, что ты возьмешь в
  рот. А потом так же поступит мистер Рустер. Я полагаю, ты не откажешься
  доставить нам удовольствие. Тем более ты имел неосторожность разбить ему
  нос, и должен теперь как-то это компенсировать.
   - Все, что окажется в моем рту, будет вами на век утеряно. Спокойно
  ответил Энди.
   Боге поглядел на него как на придурка, рассказывал потом Эрни, бывший
  в тот день в прачечной.
   - Нет, - сказал он медленно, словно объясняя простейшие вещи глупому
  ребенку, - ты меня не понял. Если ты попробуешь дернуться, то ты узнаешь
  вкус этого лезвия. Теперь дошло?
   - Я-то вор понял. Боюсь, вы не поняли меня. Я сказал, что откушу все,
  что вы попробуете в меня засунуть. А что касается лезвия, следует
  учитывать, что резкая боль вызывает у жертвы непроизвольное
  мочеиспускание, дефекацию... и сильнейшее сжатие челюстей.
   Он глядел на Богса, улыбаясь своей характерной, едва уловимой,
  иронической улыбкой. Будто вся компания обсуждала с ним проблемы
  человеческих рефлексов вместо того, чтобы собираться его изнасиловать.
  Будто он был в своей шикарной шерстяной "тройке" и при галстуке, а не
  валялся на грязном полу подсобки, придерживаемый двумя бугаями, с
  кровью, сочащейся из задницы.
   - И кстати, - продолжал он, - я слышал, что этот .рефлекс проявляется
  так сильно, что челюсти жертвы можно разжать только с помощью
  металлического рычага. Можете