о тогда у меня были другие, гораздо более серьезные поводы для
  волнения.
   - Да, пожалуй.
   - Когда я попал в Шоушенк, все это оставалось в целости. Как и
  теперь. Там, за этими стенами, живет человек, которого никто никогда не
  видел в лицо. У него есть карточка социальной безопасности и
  водительские права, полученные в Майне. А также свидетельство о рождении
  на имя Питера Стивенса. Превосходное имя, не правда ли?
   - Кто он? - спросил я. Похоже, я знал, что ответит Энди, но не мог в
  это поверить.
   - Я.
   - Не станешь же ты говорить мне, что у тебя было достаточно времени,
  чтобы получить фальшивые документы, пока над тобой трудились копы. Или
  что ты оформил все это, находясь на судебном разбирательстве.
   - Нет, этого я утверждать не стану. Мой друг Джим оформил все за
  меня. Он начал действовать после того, как отклонили мою апелляцию.
  Основные документы были в его руках до 1950 года.
   - Он должен был быть тебе очень близким другом, - сказал я.
   Не знаю, какой части из всего этого я поверил - всему, половине или
  же вовсе ничему. Но денек был теплый, солнце ясно светило, и все один
  черт - это была занимательная история.
   - Ведь весь этот расклад на сто процентов нелегален.
   - Он был близким другом. Мы вместе воевали. Франция, Германия,
  оккупация. Он был хорошим другом. Он знал, что в этой стране сделать
  фальшивые бумаги, хотя и не легально, легко и безопасно. Он взял мои
  денеги, все налоги на которые были выплачены так тщательно,