лько
  шагов к ней, держа в одной руке старый портфель, рвущийся по швам, а в
  другой - несколько потрепанных книг. Она не знала, собирается ли он
  заговорить с ней, но была уверена, что сама не имеет ни малейшего
  желания вступать с ним в беседу. Больше всего ей сейчас хотелось тихо
  и быстро выйти из ломбарда "Либерти-Сити", сесть в автобус и как можно
  скорее забыть, что она здесь побывала.
   Она лишь смутно сознавала, что идет по той части магазина, в
  которой на пыльных полках по обеим сторонам расставлены группками
  небольшие статуэтки и картины, как в рамках, так и без них. Голова ее
  была поднята, но она не смотрела на что-то определенное: настроение ее
  совершенно не годилось для того, чтобы любоваться живописью или
  скульптурой, какими бы прекрасными они ни были. И тем неожиданнее
  оказалось то, что произошло. Она внезапно остановилась, словно ее
  дернули за плечи. Потом Рози вспоминала, что в первое мгновение,
  собственно, и не видела картины. Скорее, наоборот; картина увидела ее.
  
  
  
   3
  
  
   То мощное притяжение, которое излучала картина, не имело аналогов
  в предшествовавшей жизни Рози, однако она не сочла это чем-то странным
  - вся ее жизнь на протяжении последнего месяца тоже беспрецедентна. Да
  и сама притягательность картины не показалась ей - по крайней мере
  поначалу - ненормальной. Причина проста: после четырнадцати лет
  замужества, после четырнадцати