ешком
  глаза следила за копами и облегченно вздохнула, увидев, что они
  зашагали в совершенно противоположную сторону. Через два с половиной
  часа, самое большее через три, наступит рассвет. После этого пусть
  обнаруживают ее и вышвыривают из вокзала. Но до той поры она
  намеревалась оставаться здесь, где много света и людей.
   Она уселась в кресло с прикрепленным к нему телевизором. Через
  два кресла от нее дремала девушка в линялой вельветовой куртке и с
  рюкзаком на коленях. Глаза ее закатились под пурпурные от косметики
  веки, с нижней губы спускалась длинная серебристая нить слюны. На
  тыльной стороне ее руки неровными заглавными буквами было
  вытатуировано: "Я ЛЮБЛЮ СВОЕГО СУЖИНОГО".
   "Где же твой суженый сейчас, красавица?" - подумала Рози. Она
  посмотрела на темный экран телевизора, потом перевела взгляд на
  облицованную кафельной плиткой стену. На стене кто-то красным
  фломастером написал: "ПОЦЕЛУЙ МОЙ ЗАРАЖЕННЫЙ СПИДОМ ЧЛЕН". Она
  поспешно отвернулась, словно боясь, что вульгарная надпись может
  обжечь сетчатку глаз, если слишком долго смотреть на нее, и уставилась
  на дальний конец вокзального здания. На противоположной стене висели
  огромные часы со светящимся циферблатом. Было шестнадцать минут
  четвертого.
   "Еще два с половиной часа, и я смогу уйти отсюда", - решила она и
  устроилась в кресле поудобнее, чтобы переждать их.