Она почти не
  сомневалась, что теперь, накормив ее и позволив поспать несколько
  часов, они снова выгонят ее на улицу. Она приготовилась к этому,
  уговаривая себя согласиться с неизбежным без споров и мольбы; в конце
  концов, это их дом, и спасибо уже за то, что ее покормили два раза. К
  тому же ей не придется занимать участок пола на вокзале для себя, по
  крайней мере пока - оставшихся денег достаточно, чтобы провести
  несколько ночей в недорогом отеле или мотеле. Все могло быть хуже.
  {Гораздо} хуже.
   Она понимала, что так оно и есть, однако сдержанное поведение
  женщины за столом и острый взгляд ее голубых глаз - глаз, которые,
  наверное, видели сотни подобных ей женщин, за прошедшие годы
  заходивших в этот кабинет, - вызывали в ней чувство робости.
   - Присаживайтесь, - пригласила ее хозяйка кабинета, и когда Рози
  устроилась на единственном в комнате стуле, кроме того, на котором
  сидела седая женщина (для чего ей пришлось снять с сиденья ворох бумаг
  и положить их на пол - ближайшая полка была забита до отказа), Анна
  представилась и попросила ее назвать свое имя.
   - На самом деле меня зовут Роуз Дэниелс, - сообщила она, - но я
  решила вернуться к Макклей-дон - своей девичьей фамилии. Наверное, это
  противоречит закону, но я больше не хочу пользоваться фамилией мужа.
  Он меня бил, поэтому я сбежала. - Она подумала, что женщина за столом
  может решить, будто первый же подзатыльник мужа вынудил