а
  рожала до нашей с ней встречи, и во время предыдущих беременностей никаких
  отклонений у нее не было. Поэтому ее и не надо было наблюдать так тщательно,
  как женщину, которая собирается рожать впервые.
   - А вы разве всех смотрите каждую неделю, кто рожает первый раз?
   - Пытаюсь, но иногда мне это не удается. С вами все в порядке, Розмари.
  Боль скоро пройдет.
   - Я начала есть сырое мясо. Только немного его разогреваю.
   - Еще что-нибудь необычное?
   - Нет, - сказала она и про себя удивилась: разве этого не достаточно?
   - Ешьте все, что вам захочется. Я ведь уже говорил вам, что у беременной
  женщины могут появиться самые разные вкусы. Некоторые даже едят бумагу. И
  перестаньте наконец волноваться! Я не держу никаких секретов от своих
  пациентов - жизнь и без того сложна. Я вам говорю чистую правду. Ну так как,
  вы успокоились?
   Розмари кивнула.
   - Передавайте привет Минни и Роману, - сказал он. - И Ги тоже.
   Розмари читала уже второй том "Крушения" и начала вязать Ги полосатый
  красно-оранжевый шарф для репетиций. Забастовка, о которой так много писали
  в газетах, все-таки началась, но они практически не ощутили ее последствий,
  потому что большую часть времени сидели дома, лишь иногда по вечерам
  наблюдая из окна за толпами, медленно плывущими по улице.
   - Эй, крестьяне! - кричал на них Ги. - Домой! Убирайтесь домой, да
  побыстрее!
   Вскоре после того как Розмари рассказала