и, да откройте же! - требовал он с другой стороны.
   Розмари, все еще сгорбившись, плакала, руки беспомощно лежали на коленях,
  плечи вздрагивали. Элиза то и дело вытирала ей лицо краем полотенца, а
  Тайгер ласково гладила по голове и тихонько шептала какие-то слова утешения.
  Постепенно слезы стали стихать.
   - Мне так больно! - пожаловалась Розмари. - И я так боюсь, что ребенок
  умрет.
   - Твой врач что-нибудь делает? - спросила Элиза. - Лечит тебя как-нибудь,
  дает лекарства?
   - - Ничего, совсем ничего.
   - А когда это началось? Розмари всхлипнула.
   - Когда начались боли, Рози?
   - Перед Днем Благодарения. В ноябре.
   - В ноябре? Что?! У тебя такая боль ноября, а врач ничего не делает?!
   - Он говорит, что все скоро пройдет.
   - А он показывал тебя другим докторам? - спросила Джоан.
   Розмари отрицательно покачала головой.
   - Он очень хороший, - сказала она, пока Элиза вытирала ей щеки. -
  Известный.
   - По-моему, он просто сумасшедший садист, - отрезала Тайгер.
   - Такая боль - это сигнал, что что-то случилось, - добавила Элиза. - Я не
  хочу тебя пугать, Рози, но лучше тебе показаться доктору Хиллу. Кому угодно,
  покажись, кроме этого...
   - Этого идиота, - подсказала Тайгер.
   - Он не может быть прав, если позволяет тебе так страдать, - поддержала
  Элиза.
   - Я не соглашусь на аборт, - заявила Розмари. Джоан от двери прошептала:
   - А тебе никто и не говорит про аборт! Просто пойди