ком и требовала, чтобы ее
  исключили из председателей школьного совета. "Иногда я вообще удивляюсь, как
  ты можешь руководить хоть чем-нибудь!" - кричала она. Стук за стеной
  разбудил Розмари, и она услышала голос миссис Кастивет: "И пожалуйста, не
  говори мне, что сказала Лаура-Луиза, потому что мне это неинтересно",
  Розмари повернулась и ткнулась в подушку.
   ...Сестра Агнес негодовала. Ее поросячьи глазки были прищурены до
  крошечных щелочек, а ноздри раздувались, как бывало всегда в такие минуты.
  Из-за Розмари пришлось заложить кирпичом все окна, и теперь церковь Мадонны
  сняли с конкурса, проводимого газетой "Уорлд Герольд". "Если бы послушали
  меня, этого не пришлось бы делать! - кричала сестра Агнес со среднезападным
  акцентом. - Мы уже были бы на полпути, а теперь придется начинать все
  сначала!" Дядюшка Майк пытался успокоить ее. Он был директором церкви,
  которая маленьким коридором соединялась с его магазином в южной части Омахи.
  "Я же говорила, что ей ничего не надо рассказывать! - продолжала орать
  сестра Агнес, ее поросячьи глазки так и сверкали. - Я же знала, что она
  ничего не поймет. Впереди было достаточно времени, чтобы посвятить ее"
  (Розмари рассказала все сестре Веронике про окна, и та вывела их из участия
  в конкурсе. В противном случае никто бы ничего не заметил, и они бы
  победили. С ее стороны было честно все рассказать. Но сестра Агнес,