а
  удалилась, шелестя своим шелковым нарядом.
   Розмари поспала немного, но потом пришел Ги и стал заниматься с ней
  любовью. Он гладил ее обеими ладонями, продвигаясь от связанных запястий по
  рукам, груди и животу, а потом ласкал между ног. Он повторял это снова и
  снова. И руки его были горячими, с длинными ногтями. А когда она возбудилась
  до предела, Ги просунул одну руку ей под ягодицы, приподнял их, лег сверху и
  вошел в нее. Теперь он был больше, чем всегда, и ей стало немного больно, но
  очень приятно. Вторую руку он положил ей под спину и навалился сверху
  широкой грудью. На нем были кожаные доспехи, потому что в этот вечер
  проводился маскарад. Розмари приподняла веки и увидела его глаза - желтые,
  как два пылающих огня, а потом почувствовала запах серы и таннисового корня,
  горячее влажное дыхание у своих губ и услышала стоны наблюдателей.
   "Это не сон, - подумала она. - Это происходит на самом деле".
   Она хотела закричать, но что-то темное накрыло ее лицо, и Розмари ощутила
  сладкий запах гнили.
   Она чувствовала, что Ги продолжает ласкать ее своим членом, его кожаное
  тело поднималось и опускалось снова, снова и снова.
   Папа Римский пришел с чемоданчиком в руке. Через другую его руку было
  перекинуто легкое пальто.
   - Джеки сказала мне, что вас укусила мышь. Это правда? - спросил он.
   - Да, - ответила Розмари. - Поэтому я и не смогла прийти посмотреть на
  вас. - Она пыталась