обуждением является жажда человеческой плоти.
   Час назад нами было взято интервью у шерифа Конана Макеллана,
  возглавившего отдел защиты населения округа. Он беседовал с нашим
  корреспондентом через несколько минут после того, как им и его отрядом было
  уничтожено более двух десятков агрессоров. Сейчас мы представляем вам запись
  этого интервью..."
   Изображение комментатора сменилось кадрами репортажа, который был снят
  ранее этим же вечером. На экране показался густой лес, грязная дорога, лучи
  прожекторов, пляшущие между деревьями, и люди, которые переходили с места на
  место и всматривались в темноту. Все это сопровождалось отдаленными звуками
  выстрелов. Затем камера показала стоявших на посту часовых, охраняющих этот
  небольшой участок леса. Издалека по-прежнему доносилась беспорядочная
  стрельба. Некоторые из мужчин курили, другие пили кофе из бумажных
  стаканчиков или разговаривали, собравшись небольшими группами. Пространство
  освещал огромный костер. Затем крупным планом появился шериф Макеллан,
  который выкрикивал команды, руководя действиями своего отряда, и в то же
  время пытался отвечать на вопросы корреспондента, расхаживая взад-вперед
  перед костром, насколько позволял шнур прикрепленного к его груди микрофона.
   Макеллан был крупным грубоватым мужчиной, привыкшим командовать людьми.
  Одет он был в штатское, однако в руках держал большую винтовку с оптическим
  прицелом и бью опоясан лентой патронов очень внушительного калибра.