вший на корточках возле дивана и пытавшийся как-то утешить
  Барбару, поднялся и подошел к двум мужчинам, вступая в их не слишком
  любезный разговор.
   - Похоже, вы здесь неплохо все укрепили, - обратился он к Бену дружеским
  тоном.
   Тогда Бен набросился на него.
   - Послушай, парень, ты хочешь сказать, что вы не слышали шума, который мы
  тут подняли? Купер гаденько усмехнулся.
   - А как нам было узнать, что здесь творится? - начал защищаться он. - Шум
  могли производить и эти твари, пытаясь проникнуть в дом. Ничего другого нам
  и в голову не приходило.
   - Но ведь девушка же кричала, - с гневом и негодованием произнес Бен. -
  Ее-то крики вы должны были различить! Ведь эти сволочи не издают таких
  звуков. Каждый порядочный человек догадался бы, что здесь кому-то нужна
  помощь.
   Том попытался оправдаться:
   - Оттуда очень трудно понять, что здесь происходит. Стены очень толстые.
  Почти ничего расслышать нельзя.
   - Да, один раз нам показалось, что наверху кто-то кричит, - добавил
  Купер. - Но ведь это могло означать, что твари ворвались в дом вслед за нею.
   - И вы не вышли, чтоб ей помочь?! - Бен презрительно повернулся к нему
  спиной.
   Парню, казалось, было стыдно, но Купера презрение Бена не тронуло.
  Видимо, за свою жизнь он привык находить оправдания собственной трусости.
   - Ну... если бы... нас было побольше... - сказал юноша и, покраснев,
  отвернулся, не найдя, что еще придумать в свое оправдание.
   А Купер продолжал упорствовать.