ец лезвие лопаты удари-
  лось о дерево. Райерсон смел с боков
  остатки земли, а потом опустился на
  колени и начал наносить по латунной
  дужке замка удар за ударом.
   У ручья заплюхали лягушки, в тени
  пел козодой и где-то пронзительно рас-
  кричались ночные птицы.
   Шесть пятьдесят.
   "Что я делаю? - спросил он себя.-
  Что, скажите на милость, я делаю?"
   Он стал коленями на крышку гроба
  и попытался обдумать свой вопрос... но с
  
  
   230
  
  изнанки сознания что-то подстегивало -
  скорее, скорее, солнце садится...
   Тьма, не застань меня здесь.
   Он замахнулся лопатой и в послед-
  ний раз ударил по замку. Тот сломался.
  В последнем проблеске рассудка Майк
  взглянул наверх. С украшенного разво-
  дами грязи и пота лица неподвижно
  смотрели набрякшие белые круги глаз.
   На груди небес засияла Венера.
   Тяжело дыша, Майк вылез из моги-
  лы, растянулся во весь рост на животе
  и