ельно
  пробурчал он.
   Они прошли на другую сторону
  свалки, к толевой лачуге Дада. Дверь
  была закрыта.
   - Дад! - гаркнул Фрэнклин.- Эй,
  Дад Роджерс! - Он грохнул кулаком в
  дверь, и вся лачуга содрогнулась. Крю-
  чок, удерживавший дверь изнутри, сло-
  мался, и она распахнулась. Хибарка бы-
  
   284
  
  ла пуста, но вся пропиталась тошнот-
  ворно-сладким запахом, который заста-
  вил их переглянуться и скривиться - а
  ведь это были ветераны пивнушек, где
  мерзких запахов хоть пруд пруди. Вонь
  мимолетно напомнила Фрэнклину марино-
  ванные огурцы, пролежавшие в темном
  глиняном кувшине много лет, так что
  сочащаяся из них жидкость стала белой.
   - Сукин сын,- сказал Вирджил.-
  Хлеще гангрены.
   И тем не менее в хибарке было
  прибрано. Сменная рубашка Дада висела
  на крючке над кроватью, занозистый ку-
  хонный стул был придвинут к столу, а
  койка - заправлена по-армейски.