вавшие ровной болью.
   Сделав глубокий вдох, Марк при-
  нялся трудиться над узлом. Веревка за-
  тягивалась все туже, сдавливая шею и
  промежность, колючие волоски грубой
  пеньки вонзались в горло крошечными
  татуировочными иголками. Ему казалось,
  что узел не поддается бесконечно дол-
  го. От бешеного натиска крупных черных
  цветов, беззвучно взорвавшихся перед
  глазами, стало хуже видно. Торопиться
  Марк отказывался. Он мерно раскачивал
  узел и, наконец, почувствовал в нем
  новую слабину. На мгновение давление
  на промежность невыносимо возросло, а
  потом он судорожно дернулся, сбросил
  
   385
  
  через голову петлю, и боль уменьши-
  лась.
   Марк сел, откинув голову назад,
  неровно дыша, баюкая пострадавшие ге-
  ниталии в обеих ладонях. Острая боль
  сделалась ровной, пропитывающей на-
  сквозь, тошнотворной. Стоило ей немно-
  го отступить, как Марк посмотрел на
  закрытое ставнями