сажи лежали на щеках. Одна рука притулилась у бока, а вторая
  легко прикрывала запястье первой. Кожа бледного лба была
  безупречной, сливочной. И все же общим впечатлением была не
  ангельская прелесть, а холодная, отчужденная красота. Что-то
  в лице девушки неотчетливо, намеком, заставило Джимми вспом-
  нить про молоденьких сайгонских девчонок (некоторым не было
  и тринадцати), которые в переулках позади баров становились
  перед солдатами на колени - не в первый и не в сотый раз.
  Однако тех девчушек разрушало не зло, а просто слишком рано
  пришедшее знание жизни. Перемена в лице Сьюзан была совер-
  шенно иной... но какой, Джимми не сумел бы сказать.
   Калахэн выступил вперед. Он надавил на левую сторону
  упругой груди девушки.
   - Сюда. В сердце.
   - Нет,- повторил Бен.- Не могу.
   - Будьте ее возлюбленным,- тихо проговорил отец Калла-
  хэн.- А лучше - мужем. Вы не причините ей боли, Бен. Вы ос-
  вободите