, которые народ, уходя на работу, хватает с
  кухонного стола, известны как "второй завтрак". Мэйбл Уэртс,
  на чьих костях обвис нездоровый старческий жир, садится
  съесть вареную цыплячью грудку и запить ее чашечкой липтон-
  ского чая, телефон же занимает место подле ее локтя. В пан-
  сионе Евы сходятся к ужину жильцы - неважно, что за трапезу
  они разделят: полуфабрикатный обед, тушенку, консервирован-
  ные бобы (которые, увы, совершенно не похожи на те бобы, что
  много лет назад пекли наши матушки, убивая на это все суб-
  ботнее утро и день), спагетти или разогретые гамбургеры,
  прихваченные в фолмутском "Макдональдсе" по дороге с работы.
  Раздраженная Ева сидит в гостиной, играет с Гровером Веррил-
  лом в "джин-рамми" и фыркает на остальных, чтобы подтирали
  за собой жир и перестали, черт побери, свинячить по всему
  дому. Никто не припоминает, чтобы Ева хоть раз вот так нерв-
  ничала, как кошка, и кидалась на всех,