, сукины дети,- прошептал Чарли, выскользнул из
  постели и, не зажигая света, натянул штаны - свет спугнул бы
  маленьких мерзавцев, а Чарли этого не хотел.
   В другой раз кто-то подложил на водительское сиденье
  коровью лепешку - будьте покойны, Чарли прекрасно знал, чьих
  рук это дело. В их глазах он читал запросто, как в книге -
  такая постоянная настороженность была знакома Чарли еще с
  войны, с пересыльного пункта пополнения. Коровьей лепешкой
  Чарли занялся по-своему. Три дня подряд он выкидывал сучонка
  из автобуса в четырех милях от дома. Под конец пацан с ревом
  заявился к нему.
   "Я нич„ не делал, мистер Роудс. Чего вы меня гоняете?"
   "Говоришь, подложить мне на сиденье коровью лепеху -
  это "нич„"?"
   "Да это не я, честное-пречестное, не я!"
   Да, надо отдать им должное - они способны с ясными,
  улыбающимися мордочками вешать лапшу на уши собственной мам-
  ке (уж, наверное, не без этого).