. Чарли высаживал пацана еще
  пару вечеров, а потом тот сознался как на духу. Чарли выки-
  нул его из автобуса еще раз - так сказать, на посошок,- по-
  сле чего Дэйв Фельсен из автопарка посоветовал поостыть на
  время.
   - УООННННННННННННК!
   Чарли схватил рубаху, а потом цапнул стоявшую в углу
  старую теннисную ракетку. Накажи его Бог, если сегодня ночью
  он не нахлещет кой-кому задницу! Выбравшись черным ходом, он
  обошел дом и во власти жесткой, холодной уверенности в своей
  правоте взял курс туда, где ставил большой желтый автобус.
  Он проникал в тыл врага, точь-в-точь как на войне. Остано-
  вившись за кустом олеандра, Чарли посмотрел на автобус. Да,
  он увидел всех, всю шайку - силуэты, которые были еще темнее
  зачерненных ночным мраком окон. От застарелой бешеной ярос-
  ти, жгучей, как лед, ненависти Чарли так сдавил теннисную
  ракетку, что та в конце концов камертоном задрожала в руке.
  Они высадили... шесть,