- сказал он голосом, который почему-то напомнил Сэму о стали, завернутой в бархат. - Я же вроде ничьего места не занял, верно?
   - Нет, но...
   - И я заплачу вам за этот дурацкий бензин, если это вас волнует. Двадцати фунтов хватит?
   Он стал рыться в грудном кармане белого полотняного пиджака.
   - Да бросьте вы, - сказала сквозь зубы Зита. - Мы высадим вас в городе.
   - Вот и хорошо, милая. - Мужчина усмехнулся. Улыбка противная, подумал Сэм. У глаз были все качества, присущие темным стеклянным бусинам. Они были тверды и холодны. Одежда выглядела дорогой, но почему-то казалось, что он платит портному деньги за то, чтобы тот еженедельно прибавлял ему пару складок на брюках.
   Похож на человека, который делает деньги, обирая ближних своих, подумал Сэм. На человека, окончившего школу коммерции, где обучают блицкригу.
   Сэм спросил дружелюбно, хотя и видел, что Зита скрипит зубами от ярости:
   - Я вас сегодня в амфитеатре не видел.
   - В амфитеатре? А, та яма в земле, да? Значит, там это и произошло? Нет, я валялся в постели и... просто наслаждался жизнью как она есть.
   - Отдыхали?
   - Можно и так выразиться. Я руковожу собственной компанией, так что каждый отпуск превращается в сплошной геморрой. Мне нужно попасть в город и сделать несколько телефонных звонков. А проклятые сотовые превратились в дерьмо, к тому же ко всем чертям вместе с ними пошел двигатель яхты. Мой Пятница почему-то растворился в воздухе. И с чего это я взял, что каникулярное плавание по сточным канавам милой Англии доставляет удовольствие, знает один Господь. - Мужчина откинулся на сиденье в позе, которую изобрел Чарлз Дэнс для игры в ролях английских аристократов. Локоть одной руки выставлен в окно машины, длинные пальцы ласкают дверную раму, светлые волосы разметаны ветерком, врывающимся в окно. Он искоса поглядел на Ли в