были следы кофе, выпитого в кафе. Теперь их не было.
   Он перевел взгляд на часы. Их показания были явно ошибочны: тринадцать часов двадцать третьего июня.
   А может, имеет место бег по кругу? Может, они кружатся на какой-то временной карусели, раз за разом совершая один и тот же путь? Никогда не постареют, никогда не умрут, даже никогда, черт побери, не увидят, как сносится их одежда?
   Сэм бросил взгляд на центр амфитеатра. Там стоял Джад Кэмпбелл, озирая ряды зрителей. Его золотой жилет аккуратно застегнут, идеально выглажен и чист. Совсем как тогда, когда Сэм увидел его впервые. Одна рука приподнята, указательный палец направлен на публику. Сэм понял, что Джад снова пересчитывает своих зрителей. Джад отлично держит себя в руках. Увидев Сэма и Зиту, он махнул им рукой, приглашая спуститься к нему.
  
  2
  
   - Итак, это снова случилось, - сказал довольно спокойно Джад, когда Сэм и Зита присоединились к нему у алтаря.
   - Только не знаем, в каком времени мы теперь живем, - ответила Зита.
   - Будем надеяться, что в том времени, откуда мы начали, - отозвался Сэм. - Возможно, вернулись в полдень двадцать третьего.
   - Вы и в самом деле так думаете? - Джад недоверчиво изогнул бровь.
   - Нет, не думаю, Джад, просто надеюсь, и все. Как я понимаю, нам следует предпринять еще одну вылазку в город, купить там новую газету и начать все сначала.
   - Погода очень похожа, - вмешалась Зита. - Ясная, солнечная. Во всяком случае, в середине зимы мы не оказались.
   - Итак, - согласился Сэм, - у нас все-таки еще лето.
   - Но какое лето?
   Несмотря на жару, у Сэма пробежали по спине мурашки. И в самом деле - какое лето? Что, если все вообще пошло наперекосяк, вкривь и вкось? Что, если их утащили так далеко, что они смогут встретить спускающегося с холма тираннозавра-рекс, который вышел, чтобы промыслить себе