при подвижках во времени.
   Джад кивнул.
   - И откуда нам знать, что он сейчас, в 1946 году, находится в Кастертоне? Насколько нам известно, Ролли - или Грязнуля Гарри, как его кличут, - может с тем же успехом остаться в 1978 году.
   Сэм задумался.
   - Разве ты не говорил, когда встретился с ним в 1978 году, что был знаком с ним и в 1999-м?
   - Верно.
   - Значит, он может быть и в 1946-м?
   - Не знаю, - ответил Джад, - честно говорю, не знаю.
   - Есть лишь один способ узнать это, - решительно вмешался Карсвелл. - Поддайте газу, Сэм, и мы посмотрим, не удастся ли нам отыскать эту таинственную личность.
   Сэм взглянул в зеркальце заднего обзора и поймал взгляд Джада. Тот смотрел прямо в затылок Карсвеллу, будто хотел сказать: "Ну, это если вам повезет!" Потом, покачав головой, он занялся своим картонным альбомчиком.
   Сэм, продолжая время от времени поглядывать в зеркальце, увидел, что Джад извлек оттуда какие-то старые фотографии. Он внимательно рассматривал их по очереди, обращая особое внимание на те, у которых на обороте были надписи. Сэм не мог различить ни надписей, ни лиц на фотографиях, но он видел, как тщательно всматривается в них Джад - так тщательно, что сразу стало понятно - он видит в них огромную ценность.
   - Лучше бы вы следили за лошадьми на дороге, - сказал Карсвелл, вкладывая в эти слова немало сарказма.
   Сэм что-то буркнул и перенес внимание на дорогу. Теперь, близко к городу, она стала гораздо более оживленной. Он осторожно объехал запряженный лошадями фургон, на котором было написано: "Ферринджер и сын - зеленщики".
   Город стал куда меньше, чем был в 1978 году. Многоэтажные здания почти не попадались. Единственными высокими сооружениями были муниципальная башенка с часами и фабричные трубы. Они торчали как пальцы, сделанные из кирпича. Из них валили клубы черного