тене того строения, которое когда-то было сараем.
   Два года назад он решил переделать второй этаж сарая, где хранилось раньше сено, в офис, но миссис Ньютон, работавшая у него секретарем, наотрез отказалась им пользоваться. Возможно, ему бы следовало предвидеть нечто в этом роде, так как миссис Ньютон имела репутацию ясновидящей и даже устраивала в своем домике в Кастертоне, как она их называла, "сеансы".
   - А чем же плох наш офис, миссис Ньютон? - вежливо спросил Бен ее тогда. - Может, дело в лестнице?
   - За кого вы меня принимаете, Бен Мидлтон?! За старую развалину? Разумеется, дело не в лестнице!
   - Но тогда...
   - Я с легкостью преодолею вдвое больше ступеней. Так что спасибо за заботу!
   - Но ведь офис выглядит очень уютно.
   - Нет! Видите ли, Бен, у этого строения очень плохие вибрации.
   - Плохие вибрации?
   - Да, в нем произошло что-то очень плохое.
   - А... кто-то умер? - Мидлтон знал о ее занятиях ясновидением. Он добродушно покачал головой. Он был хорошо знаком с шестым чувством у собак, так что не мог с порога отвергать все паранормальное.
   - О нет. - Миссис Ньютон обвела сарай спокойным понимающим взглядом. - Тут дело не в смерти. Но когда я сижу одна в этом офисе, особенно в зимние дни, когда рано темнеет, я слышу звуки.
   - Звуки?
   - Да. Удары, визг пил, стук молотков, крики. Будто работают множество людей - целая армия.
   - Что ж, когда-то тут была настоящая ферма. Надо думать, работники что-то делали и в этом сарае. Например, чинили плуги...
   - О нет, ничего общего. Эти люди работают так лихорадочно оттого, что от выполнения работы зависит вся их жизнь. Знаете, я почти дрожу от ужаса, когда слышу их. Как будто меня сжимает чья-то ледяная рука. Я не могу дышать, дрожь пробирает меня с ног до головы, и знаете почему?
   - Нет. А почему, миссис Ньютон?