- Нет, ты посмотри на это! Грузовая платформа на конской тяге. А лошади-то широкие!
   Сэм понимал, что Джад не из тех, кто любит выставлять напоказ свои эмоции, и что резкая смена темы разговора, когда подвернулись широкие лошади, тащившие телегу, груженную пивными бочками, ему просто необходима.
   Джад наблюдал за уезжающей запряжкой с таким интересом, который должен был скрыть его стыд за внезапную вспышку эмоций. Сэм тихо сказал:
   - Конечно, Джад. И вовсе не плохо сказать "Привет!". - Он улыбнулся Джаду. - Скажешь, что ты просто кузен из Австралии или кто-то в этом роде, заскочивший на минутку.
   Джад ожил.
   - Это тут, рядом. Надо бы поторопиться.
   Заинтригованный Сэм следовал за ним. А Джад все поглядывал на часы городской башни. Почему он должен оказаться где-то в точно определенное время? Что же должно произойти в 5 часов 15 минут 22 мая 1946 года?
   - Твоя мать жила тут? - спросил Сэм, следуя за Джадом, который явно был озабочен доработкой каких-то деталей своего плана.
   - Нет, она жила в одном из небольших домиков поблизости от того места, где мы оставили свою машину.
   - А зачем же мы идем в этом направлении?
   Джад открыл альбом, который захватил с собою, и вручил Сэму черно-белую фотографию.
   Сэм узнал ее. Это была точно такая же фотография, которая висела в рамке на стене каюты Джада. Вероятно, он вынул ее оттуда, когда они собирались в город.
   Сэм на ходу продолжал рассматривать фото. Оно изображало молодую парочку, которая сидела верхом на мотоцикле. Оба весело улыбались в объектив камеры. Конечно, шлемов на них не было. На девушке, сидевшей сзади, были бриджи, твидовый жакет и шелковый шарф. Парень - обладатель широкой улыбки и сдвинутых на лоб мотоциклетных очков - носил кожаную куртку. В его семейном сходстве с Джадом сомнений не было.
   - Это мои родители в день