ли слышал хоть слово. Он продолжал тупо вглядываться в собственную фотографию - невероятную, невозможную фотографию, которая занимала чуть ли не половину газетной страницы. На фотографии был запечатлен, без сомнения, он, оглядывающийся через плечо и, видимо, очень удивленный.
   РАЗЫСКИВАЕТСЯ ЗА УБИЙСТВО, - гласил заголовок, сделанный очень жирным шрифтом. - НЕ УЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ ЭТОГО ЧЕЛОВЕКА?
   В полном изумлении пробегал он глазами историю, тогда как полицейский продолжал зачитывать обвинение в том, что "26 мая 1944 года вы совершили предумышленное убийство...".
   "Газетный фотограф Сэнди Блейкмор обнаружил тела семейства Маршаллов в их доме в Грачевнике - тихом пригороде Кастертона". Сэм читал, ничего не понимая. "Даже привычные полицейские бледнели перед лицом невероятной жестокости этого преступления".
   Тут газету у него вырвал человек, которого полицейский назвал Блейкмором.
   - Подонок... они же тебе ничего не сделали... - Полицейский тихонько отвел его рукой в сторону.
   В это время вперед выступил другой полицейский. Сэм, ничего не понимая, смотрел, как тот застегивает на его запястьях наручники. Единственная здравая мысль, родившаяся в голове Сэма, гласила: какие они тяжелые. И холодные.
   Блейкмор крикнул:
   - Мы еще повесим тебя, понял? Тебя повесят, и, надеюсь, ты почувствуешь боль, ты ощутишь агонию, когда веревка сломает твою подлую шею.
  
  Глава 27
  
  1
  
   Сэм Бейкер с прежним тупым удивлением смотрел на тяжелые стальные наручники, защелкнувшиеся на его запястьях. Они были тесные, ужасно тесные, и пятые пальцы, служившие Сэму в качестве больших, уже начали затекать. Овальные шрамы на месте удаленных больших в нормальных условиях имели оттенок кожи, но сейчас они стали бескровно-белыми.
   Детектив отдавал распоряжения.
   - Сержант, мы заберем для допроса и двух его дружков. Видно,